Природой прибыли занимается экономическая теория, но что такое прибыль, знают только бухгалтеры. Не случайно французский экономист П. Ж. Прудон (1809-1865) писал, что «бухгалтер и есть настоящий экономист, у которого клика мнимых ученых украла его имя» (Счетоводство, 1888. С. 258).

Конечно, только бухгалтеры умеют считать прибыль, но понимают ее по-разному, в зависимости от того, какой парадигмы придерживаются.

Так, прибыль согласно русской бухгалтерии это не что иное, как прирост капитала, подтверждаемый денежной наличностью.

Важно заметить, что Ф. В. Езерский вводил в величину прибыли одно существенное дополнение, суть которого он пояснял примерно таким примером: «Я купил 100 книг по 1 руб. за штуку и буду продавать каждую книгу по 1 руб. 20 коп. К отчетной дате продано 10 книг». С точки зрения традиционной бухгалтерии, магазин получил прибыль в 2 руб., а по Ф. В. Езерскому, о прибыли говорить рано. Пока выручка не достигнет 100 руб., ее нет. И только потом, может быть, будет.

Во всяком случае, в центре русской бухгалтерии лежат деньги, их движение и остатки. Согласно традиционной бухгалтерии в лице ее французской парадигмы считалось, что прибыль реальная — сама по себе, а прибыль бухгалтерская — сама по себе.

Последняя определялась как разность между доходами и расходами; под доходами понималась выручка, а под расходами — списание (декапитализация) активов.

Данное утверждение обычно иллюстрируется на примере ванны, которой уподобляют предприятие. В ванной налита вода — это активы, изменения уровня загруженности ванны указывают на прибыль или убыток. Однако под доходами понимаются только поступления, ставшие возможными благодаря затратам. Доходы не заработанные, полученные даром или ставшие следствием дооценки активов таковыми не считаются (тем более что дооценка в этом случае запрещена). А всяким спонсорским поступлениям, мечтам о «скатерти-самобранке» кладется предел тем, что такие ценности отражаются по принципу pro memoria, т. е. для памяти — по 1 руб. за единицу. Наши деньги фиксируются по номиналу, а валюта — по курсу на дату поступления. Так рассуждали сторонники статического баланса.

Последователи немецкой парадигмы считали, что прибыль представляет собой прирост чистых активов.

Это означало, что оценка становилась не просто методом бухгалтерского учета, а его целью. Все безвозмездно полученные активы, любая их дооценка автоматически рассматривались как полученная прибыль. Возьмем простой пример: произошла бартерная операция, вместо своих товаров получены товары новые, естественно, администрация оценит их выше, чем оценивала товары отданные, следовательно, возникла прибыль. Во французской парадигме — прибыли нет, ибо был обмен, а продажи на деньги не было, и новые товары должны быть оприходованы по цене старых.

Однако практическая сложность тут возникает в связи с налогами. В условиях даже умеренной инфляции растет стоимость активов, увеличивается прибыль, т. е. возникает псевдоприбыль — следствие обесценения денег, реальные активы, особенно оборотные средства, «вымываются», а налоговики требуют в этом случае повышенных платежей.

Следовательно, выбор парадигмы предопределяет и величину финансового результата.

Наконец, последнее, но очень важное сравнение. Бухгалтер русской бухгалтерии отождествляет свой учет с хозяйственным процессом. Он учитывает движение капитала, и итог баланса в этом случае и есть итог капитала, ибо вложенный капитал в реальной жизни увеличивается или уменьшается за счет разности между дебиторской и кредиторской задолженностью.

Напротив, традиционные парадигмы проводят существенное различие между самим хозяйственным процессом и его информационным отражением в бухгалтерских регистрах. Так, в условиях динамического баланса бухгалтер своими учетными инструментами останавливает движение активов, которое и представляет собой настоящую хозяйственную жизнь, и пытается на определенный момент, выступая как бы фотографом, удержать ее в неподвижности, чтобы потом, спустя определенное время, те, кого теперь называют пользователями финансовой отчетности, взглянув на баланс, увидели не мертвые, а живые числа в их подлинном движении.

Напротив, статический баланс — это не фотография, не момент движения. Тут бухгалтер сам, с помощью бухгалтерской текущей оценки, рисует картину финансового положения фирмы.

Похожие материалы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *